в это время

Центр Кудрина: статистика экономпреступлений не отражает реальное давление на бизнес

Дискуссии о силовом давлении на бизнес и о ситуации с экономической преступностью в стране часто опираются на неверно трактуемые статистические данные. К такому заключению пришли авторы доклада "Структура и основные черты экономических преступлений в России", подготовленного Институтом проблем правоприменения при Европейском университете в Петербурге совместно с Центром стратегических разработок Алексея Кудрина. 

Экономическое преступление ≠ предпринимательское

В основу исследования легли сведения, полученные за 2013–2016 годы. Так, авторы документа использовали деперсонализированные данные, собранные "на основе сведений из статистических карточек о выявленных преступлениях и результатах расследования, аккумулированных информцентрами территориальных органов МВД". Кроме того, изучалась информация, публикуемая на сайтах МВД и Суддепартамента при Верховном суде, а также предоставленные Суддепом данные о подсудимых, чьи дела рассмотрели в 2009–2013 годах в судах первой инстанции.

При этом правоохранительные и судебные органы часто приводят сильно отличающиеся данные о количестве экономических преступлений, отмечают авторы доклада. По их мнению, это связано с неоднозначностью самой категории таких преступлений. В научной и публицистической литературе экономическими называют преступления в сфере экономики или в сфере экономической деятельности, преступления экономической направленности, а также преступления, совершенные предпринимателями, или же в сфере предпринимательской деятельности и подобные. Самые узкие определения причисляют к экономическим исключительно преступления, совершенные бизнесменами, руководителями и должностными лицами организаций.

Неправильно делать выводы о практике преследования предпринимателей, основываясь лишь на статистике экономических преступлений, подчеркивают исследователи. Число обвиняемых по экономпреступлениям ежегодно составляет примерно 35 000–38 000 человек, из которых далеко не все обладают статусом топ-менеджера или бизнесмена, следует из доклада. К примеру, анализ статистики за 2014 год демонстрирует, что руководители компаний и предприниматели составляли лишь 5000–6000 человек от общего количества обвиняемых в экономических преступлениях. "Очевидно, что далеко не все факты уголовного преследования являются следствием давления на бизнес. В то же время стоит учитывать, что лицо может не попадать в эту графу из-за отсутствия формального статуса руководителя или владельца бизнеса (но фактически речь будет идти о давлении на бизнес)", – говорится в докладе.

Обвиняемых вдвое меньше, чем расследованных экономпреступлений

Согласно официальной статистике МВД, число выявленных преступлений экономической направленности сократилось с 141 229 в 2013 году до 108 754 в 2016-м. Заметный спад количества экономических преступлений произошел в 2014 году. Затем, до 2016 года, в статистических данных по выявленным экономпреступлениям не было значимых изменений. Аналогичная картина наблюдается относительно количества расследованных преступлений. Иная тенденция вырисовывается при анализе количества обвиняемых в преступлениях экономической направленности, чьи дела передали в суд (см. инфографику). Число обвиняемых остается почти статичным на протяжении всего периода (в 2014 году снижение лишь на 8%). В 2016 году правоохранители расследовали дела об экономических преступлениях в отношении 36 882 лиц, тогда как расследованных преступлений было 67 191. Таким образом, в прошлом году и ранее число обвиняемых по этой категории преступлений было вдвое меньше количества расследованных преступлений (исключение составляет 2013 год, когда эта разница была еще больше).

Кроме общего числа выявленных и расследованных преступлений, из материалов МВД можно отследить динамику налоговых и коррупционных преступлений, имеющих экономическую направленность (см. инфографику). Коррупционные, в отличие от налоговых, повторяют динамику общей категории преступлений экономической направленности. То есть число выявленных и расследованных коррупционных преступлений заметно сократилось в 2014 году по сравнению с 2013-м, при этом количество налоговых осталось почти неизменным.

Обвиняемые с предпринимательским статусом и размеры ущерба по их делам

Авторы исследования отдельно приводят данные о доле предпринимательских преступлений и размере ущерба от них среди всех преступлений экономической направленности. Исследователи проанализировали сведения за 2014 год, поскольку, согласно статистике МВД, разница в количестве преступлений экономической направленности в 2014-2016 годах была небольшая.

Процент преступлений с обвиняемыми, среди которых хотя бы один был предпринимателем или топ-менеджером, среди всех расследованных в 2014 году преступлений не превышала 3,5% — 1,5% — топ-менеджеры, 2% — бизнесмены (см. таблицу). "Предпринимательскими" были 30,3% преступлений экономической направленности (18,1% из них приходятся на топ-менеджеров, 12,2% — на бизнесменов). По экономическим делам, расследованным в 2014 году, почти в трети случаев обвиняемыми были либо топ-менеджеры, либо бизнесмены. Так, в 2014 году среди обвиняемых хотя бы один имел статус предпринимателя или топ-менеджера по 23 298 преступлениям экономической направленности. 

Размеры ущерба от экономпреступлений сильно варьируются в зависимости от социально-экономического статуса обвиняемых. Зачастую ущерб больше, если преступление совершил бизнесмен либо топ-менеджер, признают исследователи. В 25% экономических преступлений, по кото- рым обвиняемым проходили предприниматели, размер ущерба был меньше 119 000 руб., в половине случаев — меньше 650 000 руб., в 75% преступлений не превышал 2,75 млн руб. Когда же в экономическом преступлении обвинялся топ-менеджер, размер ущерба в 25% случаев не превышал 12 000 руб., в 50% случаев — 90 000, в 75% — 968 000 руб.

Небольшие размеры ущерба по преступлениям исследователи связывают с тем, что в одном уголовном деле обвиняемому может вменяться ряд взаимосвязанных преступлений, общий размер ущерба которых значительно превышает показатели, указанные выше. Чтобы оценить, насколько это объяснение справедливо, исследователи подсчитали долю преступлений, чей порядковый номер в уголовном деле был вторым или более (см. таблицу).

Официальная статистика не показатель давления на бизнес

Авторы доклада приходят к выводу, что ежегодное количество выявляемых и расследуемых экономических преступлений в пересчете на лица значительно ниже, чем зачастую озвучивается в публичных дискуссиях. Число обвиняемых в по экономическим делам ежегодно приблизительно составляет 35 000 человек, из которых далеко не все имеют статус топ-менеджера или бизнесмена. В 2014 году руководители и предприниматели обвинялись в 30-35% экономических преступлений, примерно такой же показатель характерен и для 2015-2016 годов.

Результаты исследования также говорят о том, что существующая статистика правоохранительных и судебных органов не позволяет судить об уровне давления на бизнес и иллюстрирует больше активность и характер работы самих правоохранительных органов. Для изучения проблемы вмешательства государства в бизнес-сферу требуется более подробный и детальный анализ, чем тот, который можно провести на основе официальной статистики, заключают исследователи.