в это время

АС Московского округа исправляет ошибки: пять самых интересных дел за апрель

АС Московского округа пересмотрел одно определение о судебных расходах, потому что оно было плохо мотивировано. А другое — из-за событий, которые произошли задолго до обращения в суд. Кроме того, кассация оценила спор, где покупка недвижимости по заниженной цене рассматривалась как недобросовестное поведение. Эти и другие дела — в подборке самого интересного из практики АС МО за прошедший месяц.

Когда важна предыстория

При взыскании судебных расходов надо оценивать не только их соразмерность и итог рассмотрения спора, но и другие обстоятельства, которые могли остаться «за пределами» судебного дела, однако на него повлияли. На это АС Московского округа обратил внимание в деле А41-31450/2016, в котором «Инжстройресурс» требовал с «Колос-Холдинга» долг по договору стройподряда. Изначальную сумму 488 148 руб. истец вскоре после подачи иска уменьшил на 300 000 руб., которые оказались оплачены, причем давно. Документы об этом предоставил ответчик. А представители истца, находящегося в банкротстве, оправдывались тем, что не знали об оплате: управляющий получил не все документы. «Просудив» оставшийся долг в 188 148 руб., «Инжстройресурс» отправился возмещать 50 000 руб. расходов на услуги адвоката Дмитрия Нечаева. Сумма разумная, документы в порядке, одобрил АС Московской области. Апелляция его поддержала.

Эти выводы преждевременны, поправил их АС Московского округа. Разрешить спор помог ответчик: он принес платежный документ о том, что 300 000 руб. долга были перечислены до обращения в суд. В свою очередь, подача заведомо необоснованного требования может говорить о злоупотреблении правом, заметила кассационная коллегия. И даже если управляющий не смог получить документы, ответчик не должен от этого страдать. Кассация обратила внимание и на цифры: адвокатский гонорар в 50 000 руб. слишком большой для обоснованных требований (более 25% от 188 148 руб.) и был изначально уплачен в расчете выиграть 488 148 руб. Отсюда и большой объем подготовительной работы по делу, которая оказалась частично ненужной. С такими указаниями окружной суд направил дело на пересмотр в областной. 

Несогласованная цессия

Может ли новый кредитор требовать долг, если переуступка права произошла без обязательного согласия должника, решали суды в деле 224763/2016. Компания «Бит и Дит» купила права требования к «Стройпрогрессу» на 1,8 млн руб. – тот не оплатил строительные работы «Мостотранса» на стадионе в Ростове-на-Дону. Хотя согласно договору на это требовалось письменное согласие должника, его никто не спрашивал. По этой причине две инстанции отклонили требования нового кредитора. Они сослались на п. 2 ст. 382 Гражданского кодекса, которая позволяет закрепить в договоре правило об обязательном согласии должника на цессию.

Но применять следовало другую норму, которую суды ошибочно отмели – п. 3 ст. 388 ГК (действует с 1 июня 2015 года), поправила кассация. «Соглашение между должником и кредитором об ограничении или о запрете уступки требования по денежному обязательству не лишает силы такую уступку и не может служить основанием для расторжения договора, из которого возникло это требование», гласит эта норма. Исходя из условий договора, сделка оспоримая, и ее можно было признать недействительной лишь по заявлению должника (абз. 2 п. 2 ст. 382 ГК). Но поскольку этого сделано не было – нельзя отказать новому кредитору во взыскании долга, рассудила кассационная коллегия. Арбитражному суду Москвы придется разрешить спор по существу: выяснить, какие работы были приняты и оплачены, а какие – нет. 

Покупка задешево как недобросовестность

В деле А40-116004/2016 участник ООО «Алькор» (21,1%) Дмитрий Пихтерев оспаривал продажу нежилого помещения площадью 335,6 кв. м в Москве недалеко от центра за 6,8 млн руб. За эту цену его купил ИП Валерий Варгасов (сейчас объектом владеет уже другое лицо). Из иска следовало, что сделка с Варгасовым крупная и могла быть заключена только с согласия учредителей. А поскольку его не было – куплю-продажу надо признать недействительной и возвратить недвижимость «Алькору», настаивал Пихтерев. Но у судов нашлись причины ему отказать.

Крупная сделка, согласно уставу компании, «стоит» 25% или более уставного капитала. Но балансовая стоимость помещения 3,7 млн, а цена продажи 6,8 млн, что несопоставимо меньше активов – 73,3 млн, сравнил Арбитражный суд города Москвы. Он не принял отчет истца о заниженной стоимости имущества и не увидел необходимости в судебной экспертизе бухгалтерских документов. В любом случае приобретатель останется добросовестным, ведь он не знал и не мог знать о нарушении корпоративных процедур. Кроме того, истец не обосновал, что спорная сделка нанесла компании убытки. А если и нанесла – то надо предъявлять претензии к причинителю вреда, указал АСГМ (правда, не назвал, к кому). Апелляция «засилила» решение.

Но АС МО не смог с ним согласиться. Он упрекнул нижестоящие суды в том, что они не учли доводы истца о недостоверности бухгалтерских документов. Они проигнорировали отчет о занижении балансовой и продажной стоимости помещения, решили не проводить судебную экспертизу. К тому же, добросовестный приобретатель должен был сравнить цену своей покупки с рыночной, процитировал АС МО еще один из аргументов истца. В них предстоит заново разобраться Арбитражному суду Москвы. 

Рассмотрено формально — не рассмотрено совсем

Насколько тщательно должны рассматриваться вопросы о судебных расходах, определила кассация в деле А40-186782/15. В нем ИП Валентина Антонова из Пензы взыскала с АО «СГ МСК» 642 256 руб. страховой выплаты из 857 122 заявленных, а затем решила получить с компании 94 316 руб., которые она потратила на судебный процесс. Среди них были издержки на командировку представителя, принимавшего участие в заседаниях двух инстанций, а также почтовые и другие расходы. Учтя «сложность дела, объем доказательств, затраченное на рассмотрение дела время», первая инстанция снизила судебные расходы до 25 000 руб. Как указал АСГМ, Антоновой было несложно подготовиться к суду, потому что у нее уже были все нужные документы, да и необходимости участвовать в заседании апелляции не было.

Такое объяснение не устроило АС Московского округа, который направил дело на новое рассмотрение. Если суд ссылается на «сложность дела, объем доказательств, затраченное на рассмотрение дела время» без конкретизации – это означает формальный подход и не позволяет проверить, обоснованно ли снижены расходы, объяснил окружной суд. Антонова представила доказательства почтовых и транспортных расходов – проездные билеты, кассовые чеки и так далее – а суд не мотивировал уменьшение компенсации и, по сути, не рассмотрел ее заявления, указала кассация. Он сделает это при новом рассмотрении вопроса.  

Аванс или предварительный платеж

Можно ли начислить «законные» проценты на предварительные платежи за поставку газа, если точный объем очередной поставки становится известен позже? На этот вопрос отвечали суды в деле А41-28527/16, в котором ООО «Газпром Межрегионгаз Самара» взыскивало с ПАО «Т Плюс» 120 млн руб. процентов за просрочки предварительных платежей. Компания «Т Плюс» получала газ непрерывно и оплачивала его исходя из договорных (плановых) объемов. В конце месяца становилось известно, сколько топлива фактически потребил покупатель, и они с продавцом подписывали очередной акт.

Именно на порядок оплаты ссылался в своих возражениях ответчик, который не признал притязаний на большую часть суммы – 105,2 млн руб. Как настаивал «Т Плюс», в момент предварительной оплаты по договору еще неизвестно, сколько газа он потребит в этом месяце, поэтому платежи по сути авансовые и нельзя начислять на них проценты. АГСМ, однако, с этим не согласился. Топливо оплачивается на основании плановых (договорных) показателей, а платежи в текущем месяце нельзя назвать авансовыми, потому что они перечисляются за уже потребленный газ, указал суд. Кроме того, отметил он, учет топлива ведется ежедневно, поэтому никакой неизвестности нет.

АС МО, наоборот, поддержал точку зрения ответчика. Кассация решила, что платежи, по сути, авансовые, но в договоре не предусмотрено неустойки за их просрочку, а значит, надо руководствоваться законом. Он же позволяет начислять проценты лишь по окончании расчетного

периода в момент фиксации объема поставки. Понятия аванса в гражданском законодательстве нет, но его можно вывести из систематического толкования закона, указывает коллегия:

Аванс — это предоплата, перечисление (выдача) согласованной сторонами суммы, которая напрямую не зависит от количества и качества затраченного труда, но оплачивается в счет платежа за результат работ (услуг) до фактического исполнения обязательств другой стороной договора (исполнителем).

Предварительный платеж, согласно договору, определяется на основании плановых (усредненных) цифр, а фактическое потребление может оказаться как больше, так и меньше. Это, по мнению «тройки» АС МО, еще раз указывает на то, что платеж авансовый. С такими наставлениями она отправила дело на пересмотр в первую инстанцию.